Продолжение. Предыдущие статьи цикла:
Большой Делёж. Мировая ядерная война на пороге. Часть I
Мировая ядерная война на пороге. Часть II

А.Ш.: Как же будут происходить эти будущие военные действия?

Михаил Чернов: Имеется объективное отставание Российской Федерации, поэтому на начальном этапе война будет проиграна. Превентивному удару подвергнутся основные российские центры. Не только военные, но и экономические, политические и культурные.

А.Ш.: Ядерному удару или конвенциональному?

Михаил Чернов: Будет нанесен ядерный удар с воздуха или из космоса. Поскольку баллистическое оружие — это единственное оружие, позволяющее решить военные стратегические задачи на большом расстоянии, притом без жертв со стороны атакующих.

А.Ш.: Но после ядерного удара возникнут проблемы с оккупацией территории.

Михаил Чернов: Во-первых, каждый может сегодня увидеть в Интернете ролики, и советских, и китайских, и, кстати, американских ядерных испытаний 50-х годов. (США: 1, 2. Китай). Вот, американские солдаты лежат в траншеях, произошел ядерный взрыв, и они без средств защиты бегут по этому лунному ландшафту прямо в эпицентр. Такие же эксперименты проводились и в СССР.

А.Ш.: Бегут-то они бегут. Но потом умирают.

Михаил Чернов: Ну и что? Во-первых, умирают не сразу, и не все. А во-вторых, ну и что? А при современных средствах защиты и при применении современных ядерных боеприпасов — нейтронного оружия — уровень заражения и облучения будет намного меньше.

А.Ш.: Вспомните Чернобыль. Какие последствия были, и какой антиядерный психоз охватил западное общество и вообще весь мир.

Михаил Чернов: Чернобыль — это был колоссальный выброс. Был выброшен колоссальный объем ядерных материалов, который многократно превышает объем боевого ядерного взрыва. Да, оказались пораженными большие пространства, но поражение очаговое, и в этих районах поражения можно жить. Если соблюдать определенные нормы безопасности, там, где человек живет, радиационный фон может быть не больше, чем в Москве, просто надо знать, что в этой реке рыбу ловить нельзя, в этом лесу хворост собирать нельзя, туда не ходить — и можно в поражённой зоне жить. А тем более, размещать там войска, оснащенные средствами защиты.

Но основные удары будут наноситься не в тех зонах, где будет необходима оккупация, во всяком случае, длительная.

Будут поражена Москва, объекты московского узла. Москва — это идеальная мишень.

Это чуть ли единственный мировой мегаполис, который можно легко и очень прочно закрыть по периметру. Несколько дивизий — блокпосты на всех выездах, БТРы по кольцу, электронные датчики, равнинная местность. При ядерном ударе по мегаполису, даже если от самого удара гибнет сравнительно небольшое число жителей, неизбежна колоссальная паника, массовое бегство людей, рассредоточение беженцев по всей стране, опасность возникновения эпидемий и потери управления.

Но после удара, уничтожающего центры управления страной, Москва закрывается и становится могилой для оставшихся ее жителей. Потом удары по Капотне, по электрическим подстанциям, по нефтезаводам — и Москва превращается в зону сплошного экологического бедствия, закрытую могилу для миллионов ее жителей.

Удары также будут нанесены по Петербургу и Ленинградской области. Они будут иметь и огромное деморализующее влияние на всю остальную страну.

Также ядерные удары будут нанесены по военным объектам Северного Урала, по закрытым военно-ядерным городкам, по одной из развязок Транссиба, с целью отсечь Сибирский Регион от остальной России, сорвать мобилизацию и переброску сил, а также по основным военно-промышленным центрам Сибири, например, наверняка по Комсомольску-на-Амуре, где имеется уникальное недублированное в других регионах России военное производство.

Удары также могут быть нанесены по Брянской области России и Харьковской области Украины.

А.Ш.: Но Украина на пути в НАТО. Кто и зачем её станет бомбить?

Михаил Чернов: Понятно, что в случае серьезной агрессии против России во всех республиках бывшего СССР, в какое бы НАТО они не вступили, будут значительные группы населения, которые воспримут удар по России как удар по своей Родине. Москва, Кремль и прочее — до сих пор остаются значимыми символами. Тем более это будет касаться русскоязычных областей Восточной Украины.

Поэтому, возможно, удар может быть нанесен по восточным областям Украины и западным областям России, чтобы посредством зараженных зон отделить Украину и Россию. Удар по Украине будет при этом объявлен трагической ошибкой или отклонением ракет под влиянием российских ПВО. Эта тактика — запугивание одного из игроков через якобы случайный удар отклонившейся ракеты — была продемонстрирована при бомбежке Белграда, когда американцы разбомбили китайское посольство. Точнейшая американская ракета якобы случайно сбилась с курса. Это был такой кивок китайским товарищам — Китай поставили на место. И после этого Китай довольно долго вел себя очень тихо на мировой арене, не было никаких жестких выступлений.

По той же логике удары устрашения могут быть нанесены по одному из интернациональных мегаполисов Средней Азии. Речь может идти об Алматы или Ташкенте.

А.Ш.: Но ведь Казахстан ведёт вполне прозападный курс

Михаил Чернов: С началом боевых действий ситуация резко изменится. Удар по России, как это ни парадоксально, подхлестнет интеграционные процессы на бывшем советском пространстве и вынудит Россию немедленно после этого удара ввести войска в соседние республики. И местным населением это будет встречено нормально. Такое восстановление Советского Союза в жёстких условиях.

Вспомните недавнюю историю. После нападения гитлеровской Германии, Советский Союз ввел войска в Иран, Китайский Туркестан. Точно так же сейчас российская армия немедленно возьмёт под контроль стратегические районы Казахстана, Средней Азии, возможно Северной Кореи и Монголии.

Удар, например, по Ташкенту позволит «закрыть» перенаселенный богатый ураном регион Средней Азии.

А.Ш.: Этими мощными ударами все кончится, и Запад выиграет войну?

Михаил Чернов: Этим все начнется.

Начало войны будет повторением 22 июня, на новом техническим уровне. Война начнется с безусловного поражения России. А дальше все пойдет по схеме мобилизации, вступление войны в затяжную фазу, и схеме неожиданного ответа. В результате Россия победит. Последует длительная фаза войны, которая окончится очередным миром, подписанием мирных договоров и последующим очередным переделом мира уже между новыми игроками.

Будет традиционное начало войны, и Россия тоже победит по традиции. У России большой опыт ведения партизанской войны штатным составом армии, армейскими соединениями на подконтрольной противнику территории. Кроме того, весьма вероятно, что в ходе войны Россия разработает и применит совершенно новые виды вооружения, которые и решат её исход.

А.Ш.: Ваш сценарий предполагает, что Америка однозначно выступает в этом конфликте на Стороне Западной Европы и против России. Но ведь это не очевидно. Нехватку ресурсов Америка не испытывает — ее территория и сама богата полезными ископаемыми, плюс США держат под своим контролем Центральную и Южную Америку. И оспорить этот контроль некому. С другой стороны, Единая Европа выступает мощным конкурентом американской экономике.

Михаил Чернов: Да, Вы совершенно правильно заметили — вступление США в войну на стороне Западной Европы не очевидно.

А.Ш.: Но ведь без США Западная Европа просто не обладает необходимым военным потенциалом для нападения на Россию, не обладает всеми этими современными средствами вооружения.

Михаил Чернов: Во-первых. Европа наращивает военный потенциал за несколько лет. Опыт Второй Мировой Войны это хорошо показал. Во-вторых, хоть участие США в войне на стороне Европы не очевидно, это всё же весьма вероятно. Америке нужна эта война — о чём мы уже говорили в первой части интервью. Плюс этническая и цивилизационная близость и союзнические отношения.

Так что участие Америки — наиболее вероятный сценарий. Но вообще вариантов может быть много, анализ их всех требует отдельного разговора.

А.Ш.: А каково место в этой картине Китая?

Михаил Чернов: У Китая нет фундаментальных противоречий с Россией. Даже сейчас, в условиях российской слабости, по всем основным позициям Китай выступает вместе с Россией, вектор его экспансии направлен на Юго-Восточную Азию, при этом его военная промышленность завязана на военную промышленность Российской Федерации, а главный противник, и региональный и вообще принципиальный — это Япония. Плюс проамериканская Индия — противник на юго-западе.

Соответственно, практически при любых раскладах Китай — союзник России, который, к тому же, умеет работать с Россией в условиях её слабости, и который не использовал двадцатилетнюю слабость Росси для серьезного выступления против неё, хотя мог бы использовать. Китай неизбежно включится в эту Большую Войну и, скорее всего, включится на стороне России.

А.Ш.: Но не слишком ли это затратный путь решения проблем — война? Мы помним, какие разрушения принесли глобальные военные конфликты двадцатого века, в том числе и победившим в них странам. Не дешевле ли обойтись без войны? Может быть, человечество всё же поумнело? Как повлияет эта новая Ядерная Мировая Война на мировую цивилизацию? Не отбросит ли она человечество в новый каменный век?

Михаил Чернов: Вложения в войну окупаются. Потому что, война — это всегда развитие новых технологий, технологический скачок, все, что мы имеем во второй половине двадцатого века — сложилось благодаря войне. На войне, на военном противостоянии великих держав, на противостоянии военно-технических и военных школ, как надстройка сложилась вся остальная высокотехнологичная современная экономика. Именно войне, несмотря на все ее разрушения, мир обязан технологическим прогрессом.

Вообще, в войну входят одни страны, а выходят из нее совершенно другие. И опыт всех предыдущих войн показывает, что именно в ходе войны опробываются и становятся основными принципиально новые виды оружия.

Танки появились именно в ходе Первой Мировой Войны, тогда же начала широко применятся винтовая авиация, подводный флот, а при начале Второй Мировой они были основным видом оружия. А на выходе Второй Мировой были уже баллистические ракеты, атомное оружие и реактивная авиация.

Точно так же в новую войну мы войдем с традиционным ядерным оружием и ракетами — а выйдем уже трудно представить с чем.

Михаил Чернов, редактор международного отдела журнала «РБК»