Александр Храмчихин, заведующий аналитическим отделом Института политического и военного анализа РФ

Обострения обстановки в Крыму вокруг Севастополя происходят регулярно с момента развала СССР. Очередное имеет место сейчас в связи с событиями в Южной Осетии. Президент Украины солидаризировался со своим грузинским коллегой. Теперь он хочет полностью контролировать деятельность Черноморского флота России, что эту деятельность обессмысливает, если рассматривать флот как военную силу.

Нельзя не учитывать того факта, что страна пребывания действительно контролирует деятельность иностранных военных баз на своей территории. Такова мировая практика. Например, в 2003 г. Турция запретила США использовать военно-воздушную базу Инджирлик для ударов по Ираку. Соответственно, если Украина не будет давать России использовать Севастополь, Россия не сможет его использовать.

Надо понимать и то, что единственная задача Черноморского флота (ЧФ) в обозримой перспективе  — прикрытие не очень длинного российского побережья на Северном Кавказе и экономической зоны России в Черном море. Выполнение более масштабных задач и невозможно, и не нужно. При этом в связи со старением кораблей, построенных еще в советский период, продолжается сокращение корабельного состава ЧФ, которое абсолютно не компенсируется вводом в строй новых боевых единиц. Соответственно, с военной точки зрения Севастополь как военно-морская база постепенно становится не нужен и даже избыточен для ЧФ.

Очевидно, что в будущем ЧФ России мог бы включать 3-5 дизельных подлодок и 2-3 десятка сторожевых кораблей и тральщиков, способных в мирное время охранять экономическую зону, а в военное — приобретать ударные и противолодочные возможности для борьбы с флотом противника в пределах Черного моря. Естественно, он должен базироваться в России. В 1997 году, когда подписывалось ныне действующее соглашение об аренде, Россия не могла отказаться от Севастополя хотя бы потому, что Новороссийск был не способен принять столько кораблей и людей, сколько имел ЧФ на тот момент. Сегодня проблема решается сама собой в связи с выбытием кораблей и сокращения круга выполняемых флотом задач.

При этом надо признать, что Новороссийск по природно-климатическим условиям не очень удобен как военно-морская база из-за сильных северных ветров в зимнее время (хотя уже сегодня там базируется значительная часть легких сил ЧФ). Возможно, надо строить новую базу. Это дорого, но не дороже, чем аренда Севастополя, финансирующая, по сути, антироссийские амбиции Киева (таковыми они стали не при Ющенко, они и ранее в значительной степени были антироссийскими).

Таким образом, с военной точки зрения проблема Севастополя для России представляется в значительной степени надуманной, она не соответствует нынешним реалиям.

Но для России очень большое значение имеет психологический фактор. Севастополь принято называть «городом русской боевой славы», он известен массовым героизмом его защитников во время Крымской и Великой Отечественной войн. К психологическому фактору примешивается политический. До 1954 года Крым входил в состав РСФСР, процесс его передачи Украине имел весьма сомнительные юридические основания даже по советским законам. До сего дня большая часть славянского населения Крыма вообще и Севастополя в особенности имеет не украинскую, а российскую (или даже советскую) идентичность, а крымско-татарское население ориентируется, скорее, на Турцию.

Вообще, границы современной Украины, проведенные в советский период, не соответствуют историческим, этническим и политическим реалиям сегодняшнего дня. Украинское государство является искусственным образованием. В значительной степени вследствие этого факта оно с 1992 года стало строить себя на идее полного отрицания какой-либо общности с Россией, поэтому говорить о политическом и, тем более, военном союзе с Украиной в обозримом будущем несерьезно. Удерживая базу в Севастополе, Москва добровольно сделала себя заложницей Киева.

С другой стороны, пребывание ЧФ в Севастополе является очень сильным политическим и психологическим фактором, раздражающим нынешние центральные украинские власти и поддерживающим вышеописанную российско-советскую идентичность большей части населения Крыма. Кроме того, в Москве принято считать, что сам факт пребывания ЧФ в Севастополе препятствует вступлению Украины в НАТО (это можно, по-видимому, считать современным российским воплощением англосаксонской доктрины «fleet in being»).

Дальнейшее развитие событий вокруг Черноморского флота, Севастополя и Крыма зависит от множества факторов. Представляется крайне маловероятным, что ЧФ останется в Севастополе после истечения срока аренды военно-морской базы в 2017 году. Логика развития событий такова, что либо флот полностью перебазируется в Россию (возможно, еще до этого срока), либо произойдет существенное изменение политической обстановки в Крыму и на Украине в целом.

В силу упомянутой искусственности украинское государство постоянно подвергается риску раскола на западно-центральную и юго-восточную части. Любой слишком сильный крен центральных властей Украины в сторону России или Запада существенно усугубляет эту угрозу. Поэтому нынешние действия Киева в отношении ЧФ нанесут по внутренней стабильности в собственной стране удар не меньший, чем по обороноспособности России на ее южных рубежах.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

РиА Новости